Когда мы слышим слово «патологоанатом», в голове чаще всего возникают образы из криминальных сериалов. Однако реальная работа этого специалиста в 90% случаев не связана со вскрытиями. Патанатомы помогают поставить точный диагноз живым пациентам, и от их заключения зачастую зависит успех лечения. Об этом корреспонденту ИА «Первое областное» рассказал заведующий кафедрой патологической анатомии и судебной медицины ЮУГМУ, вице-президент Российского общества патологоанатомов, профессор Евгений Казачков.


«Патологоанатом — это эксперт, который помогает лечащим врачам увидеть то, что скрыто от глаза: механизм поражения органа, тип опухоли, причину воспаления. Каждый гистологический препарат, изученный под микроскопом, — это ключ к точному диагнозу и выбору тактики лечения, а во многих случаях — и шанс на спасение жизни», — поясняет профессор.

Чтобы объяснить место этой науки в медицине, Евгений Казачков приводит развернутую аналогию с деревом. Корни дерева — это базовые дисциплины: физика, химия, биология. Ствол — общая патологическая анатомия, которая изучает элементарные процессы (как, например, воспаление или нарушение кровотока), протекающие по общим законам во всех органах. Именно из таких стандартных «кирпичиков», как из деталей конструктора, складываются все 55 тысяч известных науке болезней.


«Пышная крона этого дерева — это частная патологическая анатомия, то есть конкретные проявления тех самых тысяч болезней, с которыми работают хирурги, терапевты, педиатры и другие узкие специалисты», — добавляет профессор.

Задача патологоанатома — быть универсальным специалистом. Если хирург отлично разбирается в своей области, то патологоанатом должен понимать процессы, происходящие в любом органе: сегодня он исследует соскоб из матки, завтра — биопсию кожи, послезавтра — удаленный аппендикс. Для этого в его кабинете всегда есть обширная библиотека специализированной литературы, а сам он, по словам Евгения Казачкова, учится всю жизнь.


Работа состоит из трех разделов. Основной, занимающий 90–95% времени, — это исследование биопсийного, операционного и акушерского материала (например, плаценты). Именно изучение плаценты во время пандемии COVID-19 помогло челябинским врачам корректировать терапию. Второй раздел — аутопсия (вскрытие) для установления причины смерти от болезней, которым уделяется около 5-7% времени. И третий — экспериментальная работа по созданию моделей болезней на лабораторных животных, что является основой для разработки новых методов лечения.

Несмотря на критическую важность профессии, патологоанатомов в регионе катастрофически не хватает. На кафедре ЮУГМУ ежегодно обучаются всего от трех до восьми ординаторов. Для привлечения молодежи при кафедре много лет успешно работает клуб молодых морфологов «В поле зрения», где студенты и начинающие врачи разбирают сложные клинические случаи.


«Интереснее нашей специальности не существует», — с уверенностью и улыбкой заключает Евгений Казачков, посвятивший этой науке десятилетия. 

Его работа — это ежедневный поиск «улик», скрытых в тканях человеческого организма, и поиск единственно верного диагноза, который дает пациенту шанс на выздоровление.

Какие клетки под микроскопом самые страшные, а какие сливаются в цветы и сердечки, ранее журналистам «Первого областного информагентства» рассказала заведующая патолого-анатомическим отделением челябинской ГКБ № 1, врач-патологоанатом высшей категории Светлана Ермолаева.