Среди памятных мест Челябинска есть одно, о котором знают немногие, но которое достойно целой главы в учебнике по истории родного края. Это маленькая мечеть хутора Миасского, расположенного при въезде в Металлургический район города. Когда-то эта святыня была единственной, где могли помолиться мусульмане из нескольких регионов России.

Хутор Миасский вырос вокруг мельницы купца Степанова. До революции она была самой мощной в Челябинске. Люди искали на мукомольне работу и селились поблизости.

«Так получилось, что большинство поселенцев были татарами. И они были очень религиозны. Говорят, до революции на хуторе стоял маленький молельный домик. Но у нас доказательств тому не сохранилось, ведь мусульмане не разрешали себя фотографировать. А уже позже, в 30-е годы, когда на религию и священников пошли гонения, даже молиться старались тайно. И только после войны на хуторе появилась мечеть, о которой говорили открыто. А документ начали сохранять годов с 70-х, когда были уверены, что теперь точно не придут и не расстреляют», — рассказывает имам мечети хутора Миасского Хабибуллин Гарифулла хазрат.

В годы Великой Отечественной войны много мужчин ушли на фронт с хутора. Заглядывая в лицо смерти, они давали обет: если вернутся домой живыми, то обязательно построят мечеть в Миасском. Только как это сделать? Чтобы местные власти дали им разрешение, фронтовики написали товарищу Сталину.

«Один фронтовик, не особо религиозный, но по характеру пробивной, посоветовал отправить письмо не местным чиновникам, а в Москву. Так и сделали. Попросили знакомого проводника с железной дороги довезти послание до столицы и опустить там в почтовый ящик приемной правительства. Письмо дошло до рук Сталина. И Сталин лично дал разрешение строить мечеть», — говорит Гарифулла хазрат.

Текст послания и текст ответа в мечети не сохранились. Если они остались в каких-то архивах, то мечеть с радостью примет в дар копии этих исторических документов. Тем не менее и историки подтверждают: в 1946 году в знак благодарности мусульманам Сталин дал разрешение на строительство двух мечетей: в хуторе Миасском и в башкирском городе Ишимбай. 

Это была награда за преданность мусульман советскому обществу. Еще в начале войны муфтий Центрального духовного управления мусульман Габдрахман Расулев объявил священную войну фашизму и призвал мусульман вступать в ряды Красной Армии, собирать помощь фронту. Кстати, муфтий был младшим сыном великого просветителя Зайнуллы Расулева, в честь которого в Троицке сейчас проводятся духовные чтения.

«Позже муфтий и сам приезжал к нам в Челябинск. Был в мечети на хуторе и просил власти открыть еще одну — в центре города. Но ему сказали: одна есть — и хватит. Мечеть на хуторе долгие годы была единственным местом, куда на пятничные и праздничные намазы приезжали молиться мусульмане трех областей: Челябинской, Свердловской, Курганской. И она ни разу не закрывалась и сыграла огромную роль в сохранении наших духовных ценностей. В этом году мечети исполнилось 80 лет. Многие считают ее особенной. Говорят, что здесь особая атмосфера, что какая-то сила сама ведет их сюда. Как-то один приезжий из Азербайджана захотел подарить мусульманам машину фруктов на Рамадан. Он включил навигатор: в Челябинске четыре мечети, а навигатор привел его к нам», — рассказывает Гарифулла хазрат.

Журналисты «Первого областного» приехали на хутор в солнечный осенний день. Мечеть похожа на опрятный домик посреди жилой сельской улицы, но за счет высокого минарета заметна издалека. 

У ворот мечети играют дети, о чем-то спорят соседи, кто-то копается в палисаднике — кипит обычная жизнь.

Но стоит только открыть калитку — и атмосфера меняется. Во дворике мечети опрятно и тихо, глаз радуют чистота и порядок, разноцветные горшки с цветами.

«Сегодня пусто, зато по праздникам не протолкнуться. Бывает, места внутри мечети на всех не хватает. Люди молятся и во дворике, и за забором на проезжей части. А еще много людей приезжают к нам разговляться во время священного месяца Рамадан. Дежурные готовят на всех супы и плов, угощение, люди приходят целыми семьями, разговаривают за общим столом и все не могут наговориться, мы читаем проповедь — праздник всех сближает, объединяет. Царит атмосфера дружелюбия, братства», — говорит Гарифулла хазрат.

Челябинец Шайхислам Гаттаров живет на хуторе Миасском больше 30 лет. Пока работал водителем, в мечеть ходил редко, а теперь, на пенсии, бывает здесь каждый день. Ему даже доверили выполнять функции муэдзина: в микрофон он призывает мусульман на молитву.

«Вера у меня от родителей: и отец, и мама, и бабушка у нас читали намазы. А отец даже ездил сюда по пятницам из села Нугуманово в Кунашакском районе. На перекладных, на попутках. Намаз для нас очень важен. У человека должна быть вера, надежда, без них жизнь — пуста. Во время намаза ты полностью отдаешься Господу Богу. И после этого сердце наполняется радостью и меняется отношение к другим людям: ты уже не грубишь и всем хочешь добра», — говорит Шайхислам.

В мечети молятся одни мужчины. И взрослые, и мальчишки. Но и женщины мимо тихого дворика не проходят. Для них создали отдельную молельную комнату, а еще — открыли духовный кружок. Он работает больше 17 лет. На занятиях мусульманки читают аяты — так называются отдельные стихи из Корана.

«В Коране их более шести тысяч. Многие уже прочитаны не по разу, но мы заглядываем в них снова и открываем для себя что-то новое. Это наш духовный источник, наша духовная аптечка. В мечеть нас тянет свет веры», — говорит преподаватель кружка Юнусова Анфиса ханум («ханум» означает уважительное обращение или «учитель»).

По профессии Анфиса токарь, была мастером производственного обучения. Но в один момент потянулась к духовному. Сначала просто ходила на занятия при мечети, а потом с отличием окончила казанское медресе «Мухаммадия» и сама стала преподавать. 

В мусульманских семьях не принято перемывать кости родным и мужу. Никто не будет жаловаться на близких соседям, но на занятиях можно оценить ситуацию через мудрость Корана.

«Вера помогает нам воспитывать детей, находить общий язык с мужем, учит нас терпению. А потом с нас берут пример наши дети. Вера дарит нам житейские образцы», — замечает Анфиса ханум.

В кружок приходят люди разных профессий и национальностей. Женщины признаются, что стали друг другу родными, как сестры, и дорожат счастьем общения.

За женщинами в мечеть тянутся дети. Для них есть курсы по основам веры, уроки нравственности, проводятся спортивные состязания. В планах — изучать татарский язык, к сожалению, многие его не знают. Все это помогает найти духовную опору в жизни, а кому-то и будущую профессию. Только в этом году семеро молодых прихожан поступили в медресе «Расулия» в Троицке. После выпуска они смогут работать имамами в других мечетях.

В нулевые годы устоявший уклад духовной общины попытались разбить представители крайних течений.

«Приезжали к нам. Привозили в дар новую технику: микрофоны, колонки. Потом стали навязывать радикальные взгляды. Но наши отцы и деды, которых проповедуют ислам традиционный, быстро их раскусили и выгнали», — рассказывает Гарифулла хазрат.

Сейчас молиться в мечеть приходят мусульмане разных национальностей: помимо татар, башкир, есть русские, есть приезжие из Средней Азии. Но по этому признаку прихожан не делят. 

Все общаются как одна большая семья. И по возможности помогают друг другу. Как и в 40‑е, собирают гуманитарную помощь на СВО, погорельцам, поддерживают пожилых — старикам очень не хватает общения, и на встречах в мечети они со слезами на глазах не могут наговориться. 

Так же всем миром стараются обустроить мечеть: кто-то делает своими руками резные полки для книг, кто-то привозит из дальних поездок ковры с цитатами из Корана.

«А один человек привез нам ковры, которыми удалось застелить в мечети весь пол. Он даже имени своего не назвал. У нас не принято афишировать добрые поступки, среди мусульман ценится скромность», — добавляет Гарифулла хазрат.

У Газнобиева Рината хазрата интерес к вере тоже с детства. В мечеть его не водили — в советское время это было не принято. Но мама часто брала на поминки. Там мальчик слышал, как читают суры, то есть главы Корана, наблюдал за обрядами. Сейчас Ринат занимается бизнесом и проводит в мечети занятия для детей.

«Многие люди живут с духовной пустотой. Дети и взрослые приходят в мечеть, чтобы ее заполнить. Детям особенно нравится слушать истории про жизнь предков, про жизнь пророков, особенно пророка Мухаммеда. Богатая история вдохновляет. Мечты, конечно, у всех ребят разные. Кто-то хочет быть инженером, кто-то бизнесменом. Задача взрослых — научить ребят уважению к своей религии, к старшему поколению, к родителям и Отчизне», — говорит Ринат Газнобиев.

Вот так мечеть, построенная по обету фронтовиков и по личному разрешению Сталина, спустя 80 лет остается настоящим духовным домом для сотен южноуральцев. Вера здесь передается от отцов к детям, от наставников к ученикам — тихо и без пафоса, от сердца к сердцу. Здесь не хвастаются добрыми делами и не закрывают двери перед теми, кто ищет опору.