В Челябинске возродили празднование Дня проектировщика. Второй год подряд в честь события провели конференцию. В этот раз ее посвятили искусственному интеллекту. Он уже прочно вошел в работу многих специалистов строительной сферы, в том числе проектировщиков. Профильные специалисты ответили на важные вопросы отрасли: как ИИ упрощает деятельность компаний, кого заставляет трудиться больше, что важно учитывать при использовании нейросетей. Подробности — в материале сайта 1obl.ru.

Инициативу провести конференцию об использовании ИИ в строительной сфере подал министр строительства и инфраструктуры Челябинской области Юлий Элбакидзе. Он продумал структуру, и получилась встреча с практической пользой: раскрыто, где ИИ уже нашел применение, как его можно внедрять, какие есть риски и рабочие инструменты.
«Искусственный интеллект — не замена инженерному мышлению, а мощный инструмент, который усиливает специалиста, избавляет его от рутинных операций и помогает принимать выверенные, обоснованные решения на каждом этапе жизненного цикла объекта: от замысла до эксплуатации», — подчеркнул министр.
На конференции ИИ в проектировании рассмотрели с трех сторон: как государство выстраивает контрольные механизмы, как проектные организации решают повседневные задачи и как компании формируют цифровые экосистемы. Общая логика одна: рутина переходит к алгоритму, человек превращается в контролера и принимающего решения. Главный вопрос при этом — где проходят границы.

«На начальном этапе работы искусственный интеллект, прежде всего, виден в разработке и проверке технического задания. Сейчас это уже не только инструмент, который может проверить оформление, орфографию и прочие простые вещи. Он может смотреть именно суть технического задания, проверять профильное задание, анализировать его, оценивать. Любой проектировщик знает, что хорошее, грамотное техническое задание — это чуть ли не половина процесса проектирования. ИИ не упростит проектирование, и результат будет радовать всех», — говорит заместитель директора ОГКУ «Челябоблинвестстрой» Александр Федяев.
В перспективе, по его словам, возможно появление «ИИ-отдела», обученного на массиве технических заданий, который формирует документ автоматически. Человек же выступит оператором и проверяющим. Параллельно сформируется функция «контрольных точек»: ИИ-система, похожая на CRM, станет отслеживать этапы, проанализирует поступающую документацию, подсветит узкие места.

Продвинутые модели уже начинают работать с чертежами: оценивают грамотность, оформление, корректность подсчета объемов. На горизонте 3–5 лет всю рутинную операцию, которую сейчас выполняет проектная программа, возьмет на себя ИИ, а человек будет отвечать за конструктивные решения, уверен эксперт.
«Мы видим задачей построение цельной экосистемы, в которой искусственный интеллект выполняет все рутинные масштабные операции, а человек превращается в специалиста, который принимает решения и контролирует в целом данную экосистему, своего рода оператора», — отметил Александр Федяев.
При этом эксперты задались рядом вопросов. Кто будет отвечать за ошибки, допущенные системами с искусственным интеллектом, — разработчик или заказчик, который утвердил проект? Не приведет ли масштабное и стремительное развитие ИИ к существенному снижению компетенции в отрасли? Как сохранить профессиональный уровень специалистов, если все простейшие операции уже сейчас выполняет искусственный интеллект? На эти вопросы, вероятно, каждая компания должна найти ответы сама.

Главный инженер компании «УралСпецПроект» Иван Лужков в своем выступлении сфокусировался на повседневных задачах, которые помогает решать нейросеть. ИИ делегируют анализ больших массивов исходных данных, например для оценки рисков, вычислительные операции, составление ведомостей, проверку заданий. Специалист уверен: ИИ — это «субъект деятельности», способный удерживать широкий контекст и хранящий большие объемы информации. Он может анализировать предыдущие шаги и подсказывать следующие, но у него нет профессиональной ответственности и профессионального долга. Это имитация работы инженера. Для младших специалистов возникает опасность: «два клика» вместо пяти лет практики формируют новую психологию и приводят к тому, что человек перестает видеть красные флаги.
Ирина Кузьмина, директор «ЕСК-проект», сформулировала базовое правило: сначала надо автоматизировать процессы, затем добавлять ИИ. Полная экосистема компании включает в себя более 80 различных инструментов. Больше 80% сотрудников пользуются инструментами искусственного интеллекта. Аналитика, на которую раньше уходило до недели, теперь делается за 5—10 минут. Компания освоила прогрессивное пакетирование работ. Это была достаточно сложная процедура, потому что она требовала большого количества времени и документов.

«Прогрессивное пакетирование хорошо для крупных объектов, когда мы разбиваем весь объект не по разделам, а по захватам. У нас, например, большой дом, многосекционный, и мы не можем найти подрядчика на все секции. Рабочую документацию разбиваем посекционно, и подрядчик получает не весь комплект чертежей, а только то, что ему нужно, чтобы выполнить свой объем работы. Без инструментов искусственного интеллекта освоить и внедрить прогрессивное пакетирование раньше не представлялось возможным. Небольшой пакет, например, на кровлю входных групп занимал у трех человек около недели», — пояснила Ирина Кузьмина.
Представитель проектной компании также поделилась опытом использования ИИ в работе с мастер-планом. Проектировщики сравнивают разные сценарии: малоэтажная и смешанная застройка, максимальная плотность. Можно оценить социальную и дорожную инфраструктуру, что позволяет очень быстро провести преданализ земельного участка.

«Всех интересует вопрос, заменит ли нас искусственный интеллект. По факту получается, что люди начинают выполнять гораздо больше задач, больше времени у них уходит на проверку. Они становятся гораздо более продуктивными, тратят время на развитие. Получается, что искусственный интеллект добавляет нам работы, а не сокращает рабочее время. Руководитель должен быть амбассадором внедрения искусственного интеллекта в компании», — отметила эксперт.
Начальник ОГАУ «Госэкспертиза Челябинской области» Олег Грищенко подчеркнул, что специалисты организации не работают с открытыми нейросетями.

«Это не оправдывание, не отставание, а жесткая и правильная позиция. Потому что документация — это коммерческая тайна, интеллектуальная собственность проектировщика. Это вопросы безопасности объекта. Мы не имеем морального и юридического права скармливать продукты открытым публичным моделям, где данные могут быть использованы для обучения алгоритмам и утечь в открытый доступ», — пояснил он.
При этом эксперт тоже отметил, что благодаря ИИ рутина, которая раньше отнимала недели, теперь решается за минуты, и сказал, что искусственный интеллект — это не замена эксперту и проектировщику, это экзоскелет для инженера.
Востребованность на строительном рынке сейчас находят решения с использованием технологии искусственного интеллекта, которые направлены на оптимизацию расходов, на упрощение процессов, отметил технический директор «НИИСТРОМ» Руслан Ахтямов. Они убирают человеческий фактор. Способность компании быстро отреагировать на ситуацию определяет ее операционную эффективность.

«Мы зашли в строительный сектор с тремя технологическими продуктами. Один из них — это видеоаналитика, где мы подключаемся к камерам на строительных объектах и мониторим динамику строительной нагрузки. Сколько машин заехало, разгрузилось и загрузилось, количество рабочих и интенсивность деятельности. Искусственный интеллект определяет какие-то отклонения, замечает ошибки, провалы, например, из-за погоды, и дает соответствующие выводы»,— рассказал он.
Второй продукт — обход 360. Камера монтируется на каску специалиста по контролю сроков и качества, и он просто делает обход по строительному объекту, а искусственный интеллект сам определяет различные дефекты, отклонения, нестыковки с графиком, планом. Третий продукт — Doc AI — позволяет с использованием искусственного интеллекта определить целостность проектно-сметной или исполнительной документации и тем самым облегчает труд сотрудников по сопоставлению реальных фактических работ, подсказывает, что дополнить, чего не хватает. Эти проекты нашли большой отклик в индустрии. По стране используются на 25 объектах. Пять — в Челябинской области.

«Мы работаем с застройщиком АПРИ и с министерством строительства. Все три пилота, идут они достаточно успешно. Один из объектов — это строящийся корпус детской хирургии. Там происходят еженедельные обходы, все мониторится руководством министерства в режиме реального времени. Наши министерства в плане цифровой зрелости, готовности внедрять и пилотировать продукты показывают очень хорошую заинтересованность», — подчеркнул Руслан Ахтямов.
Использовать ИИ или нет — это уже не вопрос. Акцент сместился на грамотное применение искусственного интеллекта.
«Надо не просто бездумно внедрить, чтобы внедрить, а искать эффекты. Они могут быть в деньгах, во времени, в оптимизации, ускорении и создании новых продуктов. И здесь есть примеры. Компьютерное зрение мониторит дефекты, ускоряет проверку, автоматизирует работу. Генеративный ИИ помогает в подготовке проектно-сметной документации. Если правильно научить нейросеть, нужных агентов, подключить к ней данные, то это однозначно снимет нагрузку с человека и позволит работу выполнять кратно быстрее», — поделился мнением советник председателя Уральского банка ПАО «Сбербанк» Дмитрий Козленков.

Вместе с этим встает вопрос безопасности. Все данные должны оставаться внутри компании. Никакие конфиденциальные документы в открытые нейросети загружать нельзя. Использовать следует только актуальные сведения. Специалисту важно все перепроверять, а не полностью доверяться искусственному интеллекту. Также важна прозрачность в цепочке действий нейросети: ее надо настроить так, чтобы на каждом этапе можно было убедиться в корректной работе. Иногда для обеспечения безопасности необходимо создать инфраструктуру. Это инвестиции. Поэтому важно просчитывать экономику: окупятся ли вложения.

Риск — не технология, а психология: красивая форма может маскировать грубые ошибки, если у проверяющего нет опыта их обнаружения. Поэтому приоритет — не сокращение штата, а повышение эффективности и прозрачности при сохранении финальной ответственности человека.